КНИГИ КИРИЛЛА ПОТЁМКИНА

4. РУ­КО­ПО­ЖА­ТИЕ

(Нас­тоя­щее вре­мя. Мир за сте­на­ми бун­ке­ра. Ин­фор­ма­цион­ный шторм)

[ИС­ТОЧ­НИК: ТЕ­ЛЕГ­РАМ-КА­НАЛ «ПИ­ТЕР. LIVE»]

Ви­део­сооб­ще­ние (кру­жок): Тря­су­щая­ся ка­ме­ра. Ли­цо пар­ня в ка­пю­шо­не, на зад­нем пла­не — проб­ка на выез­де из го­ро­да. Звук сиг­на­ля­щих ма­шин.

— …ы э­то ви­ди­те? Нет, вы ви­ди­те?! О­ни пе­рек­ры­ли трас­су «Скан­ди­на­вия»! БТРы, кор­до­ны, лю­ди в жёл­тых кос­тю­мах. Го­во­рят — выб­рос на хим­за­во­де. Ка­кой к чёр­ту за­вод в ле­су?! Вы… Пос­мот­ри­те на не­бо! О­но… о­но о­пус­кает­ся и бе­леет! О­но пок­ры­вает­ся ту­ма­ном…

[ИС­ТОЧ­НИК: ФЕ­ДЕ­РАЛЬНЫЙ Э­ФИР. НО­ВОС­ТИ]

Дик­тор (бе­зуп­реч­ный ма­кияж, стальной го­лос):

«…си­туа­ция в Ка­ре­лии и Ле­нинградской об­лас­ти ос­таёт­ся под пол­ным контро­лем. МЧС сооб­щает о ло­ка­ли­за­ции пос­ледствий тех­но­ген­но­го ин­ци­ден­та. Просьба сох­ра­нять спо­койствие и не под­да­ваться на про­во­ка­ции в со­циальных се­тях. Э­ва­куа­ция по­сел­ка Тор­фя­нов­ка проис­хо­дит в пла­но­вом ре­жи­ме…»

[ИС­ТОЧ­НИК: ГО­ЛО­СО­ВОЕ СООБ­ЩЕ­НИЕ. ЧАТ «МА­МОЧ­КИ ВЫ­БОР­ГА»]

(Женский плач, сры­ваю­щий­ся на ис­те­ри­ку)

— Лен­ка… Лен­ка не бе­рёт труб­ку… Тре­тий день! А­бо­нент не а­бо­нент. Я зво­ни­ла в по­ли­цию, о­ни го­во­рят — «связь глу­шат из-за у­че­ний». Коз­лы… Ка­кие… Ка­кие у­че­ния?! У ме­ня там да­ча! У ме­ня там мать и де­ти мои! Я вче­ра… я вче­ра доз­во­ни­лась все­го лишь на од­ну се­кун­ду. Там был шум. Не ве­тер, нет… Знаешь, как буд­то ты­ся­чи лю­дей сто­нут од­нов­ре­мен­но. Пря­мо в труб­ку. И-и ти­ши­на…

[ИС­ТОЧ­НИК: TIK-TOK. ПОЛЬЗО­ВА­ТЕЛЬ @DOOM_RIDER]

Кар­тин­ка: Па­рень стоит на кры­ше вы­сот­ки. На го­ри­зон­те, за е­го спи­ной, где дол­жен быть за­кат, вид­неет­ся Сте­на. Бе­лё­сая, пульси­рую­щая мас­са, зас­ло­няю­щая солнце. О­на не ви­сит — о­на как бы те­чёт.

Звук: Низ­кий, виб­ри­рую­щий гул. Слов­но смы­чок пи­лит по расстроен­ной вио­лон­че­ли. Звук про­ни­кает сквозь ди­на­ми­ки смартфо­на, вы­зы­вая зуб­ную боль.

Ком­мен­та­рий ав­то­ра: «О­но пла­чет. Слы­ши­те? Мы наз­ва­ли э­то Э­по­хой Пла­ча, по­то­му что да­же не­бо ры­дает. Фин­ки больше нет, па­ца­ны. И мы… Мы на­вер­ня­ка сле­дую­щие».

[ИС­ТОЧ­НИК: ЗАК­РЫ­ТЫЙ ОТ­ЧЁТ ФСБ. ПЕ­РЕХ­ВАТ]

ОБЪЕКТ: Па­ни­ка на­се­ле­ния.

СТА­ТУС: Кри­ти­чес­кий.

ТЕН­ДЕН­ЦИЯ: Ми­фо­ло­ги­за­ция уг­ро­зы. Граж­да­не на­зы­вают а­но­ма­лию «Бе­лым Са­ва­ном» и­ли «Сле­зой». Фик­си­руют­ся мас­со­вые слу­чаи пси­хо­за, са­моос­леп­ле­ния, ре­ли­гиоз­ных са­моу­бийств.

РЕ­КО­МЕН­ДА­ЦИЯ: Пол­ная бло­ки­ров­ка ин­тер­не­та в Се­ве­ро-За­пад­ном ок­ру­ге.

(Нас­тоя­щее вре­мя. Сек­рет­ный бун­кер «Зас­лон»)

Ми­нистр о­бо­ро­ны Андрей Во­ро­нов не­на­ви­дел э­то мес­то. Воз­дух здесь про­шёл столько фильтров, что ка­зал­ся мёртвым, а ти­ши­на да­ви­ла на у­ши гром­че ка­но­на­ды.

Он стоял над го­лог­ра­фи­чес­ким сто­лом. Кар­та Рос­сии пы­ла­ла.

«Чис­тые» тер­ри­то­рии сжи­ма­лись под на­тис­ком я­до­ви­то-крас­но­го по­лу­ме­ся­ца, пол­зу­ще­го с за­па­да. Так на­зы­вае­мая «Зо­на Ту­ма­на». Фин­лян­дия стёр­та с кар­ты. При­бал­ти­ка мол­чит.

— …свод­ка на 08:00, то­ва­рищ ми­нистр, — го­лос док­то­ра А­ро­но­ва, глав­но­го ви­ру­со­ло­га, дро­жал. — Па­ни­ка в соц­се­тях дос­тиг­ла кри­ти­чес­кой от­мет­ки. О­ни… О­ни на­зы­вают э­то «Э­по­хой Пла­ча». Представ­ляе­те? Лю­ди бро­сают квар­ти­ры в Пи­те­ре и в Мур­манске, до­ро­ги за­би­ты.

— Слу­хи — за­бо­та ФСБ, — от­ре­зал Во­ро­нов. Е­го го­лос зву­чал как лязг зат­во­ра. — Мне нуж­на так­ти­ка, док­тор. Ска­жи­те, ка­ран­тин дер­жит­ся?

— По­ка, по­ка да, да… Но мы столкну­лись с… а­ло­гич­ностью. — А­ро­нов нервно поп­ра­вил оч­ки. — Об­ра­зец «Тва­ри» клас­са «Бе­гун». Вне Ту­ма­на э­тот ор­га­низм… О­чень ин­те­рес­ный ор­га­низм про­жил со­рок две се­кун­ды.

— И? — спро­сил ми­нистр.

— Рас­пад. Вы знае­те. Пол­ный ци­то­лиз. Тварь прев­ра­ти­лась в лу­жу зло­вон­ной сли­зи и ис­па­ри­лась. На­ша фи­зи­ка их, ви­ди­мо, от­тор­гает. Ту­ман — э­то… Э-э.. Не прос­то сре­да о­би­та­ния, э­то их… Как сис­те­ма их… жиз­нео­бес­пе­че­ния.

— Э­то что зна­чит? Зна­чит, без Ту­ма­на о­ни не о­пас­ны?

— Ну… Ту­ман сам по се­бе — о­ру­жие, то­ва­рищ ми­нистр, — ти­хо воз­ра­зил ви­ру­со­лог. — Он рас­ши­ряет­ся.

А­ро­нов кос­нул­ся сен­со­ра, вы­во­дя на эк­ран но­вую за­пись.

«Ин­ци­дент на КПП ‘Тор­фя­нов­ка'».

Се­рые су­мер­ки. Те­ла пог­ра­нич­ни­ков. И три фи­гу­ры, ко­то­рых груп­па «Альфа» вы­во­ла­ки­вает из бе­лё­сой мглы.

— «Ка­рельская Трой­ка», — пояс­нил А­ро­нов. — Двое ря­до­вых и сер­жант Пет­рен­ко. Най­де­ны две не­де­ли на­зад. О­ни бы­ли в глу­бо­кой ко­ме. Но не­дав­но…

— О­ни за­ра­же­ны?

— Нет. — Ли­цо у­чё­но­го прос­вет­ле­ло. — В э­том и-и, знае­те, чу­до. Мы прог­на­ли их че­рез все ска­не­ры. Ни­ка­ких му­та­ций. Ни­ка­ких, так на­зы­вае­мых, как го­во­ри­ли фин­ны, «Зрач­ков, по­хо­жих на пла­не­ту Са­турн», та­ких раз­де­лён­ных… Та­ких глаз у них нет. Ин­ку­ба­цион­ный пе­риод прой­ден. О­ни чис­ты. О­ни… прос­то лю­ди.

Во­ро­нов по­дал­ся впе­рёд, впи­ваясь взгля­дом в эк­ран.

— Вы что хо­ти­те ска­зать, о­ни здо­ро­вые?

— А-а… Аб­со­лют­но, то­ва­рищ ми­нистр.

— То­ва­рищ ми­нистр, — всту­пил в раз­го­вор адъю­тант, мо­ло­дой пол­ков­ник с го­ря­щи­ми гла­за­ми. — Я ду­маю, э­то наш ко­зырь. Ин­тер­нет во­пит, что из Ту­ма­на нет возвра­та. А у нас… А у нас есть жи­вые сви­де­те­ли. Ге­рои. Ес­ли мы предъя­вим их на­ро­ду…

Во­ро­нов кив­нул.

Он всё прек­рас­но по­нял. План сло­жил­ся мгно­вен­но. И­деальная контрпро­па­ган­да. И­деальная вак­ци­на от э­той па­ни­ки, э­то­го стра­ха.

— Мы по­ка­жем, что «Зо­на» — э­то не при­го­вор. Что мы контро­ли­руем си­туа­цию. — Про­го­во­рил Во­ро­нов.

— Так точ­но, то­ва­рищ ми­нистр! — под­дер­жал е­го адъю­тант. — О­ни сей­час в Глав­ном гос­пи­та­ле. Го­то­вы к вы­пис­ке и наг­раж­де­нию.

— Го­товьте прес­су, — при­ка­зал Во­ро­нов, раз­во­ра­чи­ваясь к вы­хо­ду. — Я лич­но пож­му им ру­ки.

(Сце­на: Глав­ный Воен­ный Гос­пи­таль. День спус­тя)

Сле­пя­щий свет со­фи­тов. Сте­на ка­мер.

Вез­де пестрят ло­го­ти­пы: «Пер­во­го», «Звез­ды», «Рос­сии-24».

Па­ла­та сия­ла сте­рильной бе­лиз­ной.

Ми­нистр О­бо­ро­ны Во­ро­нов, в па­рад­ном ки­те­ле, с ли­цом «от­ца на­ции», шаг­нул в па­ла­ту.

Трое бой­цов вско­чи­ли с коек, вы­тя­нув­шись в струн­ку. Сер­жант Пет­рен­ко и двое ря­до­вых.

Мо­ло­дые, ру­мя­ные, нем­но­го сму­щён­ные по­вы­шен­ным вни­ма­нием прес­сы.

И­деальная кар­тин­ка.

— Вольно, сын­ки, — Во­ро­нов поз­во­лил се­бе тёп­лую, о­те­чес­кую у­лыб­ку.

Он по­до­шёл к Пет­рен­ко.

«Ро­вес­ник Ка­ти…» — кольну­ла неу­местная мысль.

— То­ва­рищ сер­жант… От ли­ца Вер­хов­но­го Глав­но­ко­ман­дую­ще­го и всей стра­ны… — Во­ро­нов про­тя­нул ши­ро­кую ла­донь.

Зат­во­ры ка­мер застре­ко­та­ли как пу­ле­мё­ты.

Круп­ный план. Ру­ко­по­жа­тие. Сим­вол на­деж­ды.

Сер­жант Пет­рен­ко у­лыб­нул­ся. Ши­ро­ко, откры­то, бе­ло­зу­бо:

— Слу­жу Рос­сии, то­ва­рищ ми­нистр!

И в э­тот миг е­го нор­мальные, ка­рие че­ло­ве­чес­кие гла­за нео­жи­дан­но за­то­пи­ла чер­нильная тьма.

В них не ос­та­лось ра­дуж­ки. Не ос­та­лось бел­ков. Только Бездна. Тём­ная. Без­дон­ная.

— Что… — на­чал Во­ро­нов.

До­го­во­рить он не ус­пел. У­лыб­ка сер­жан­та ра­зор­ва­лась, прев­ра­щаясь в не­че­ло­ве­чес­кий ос­кал, об­на­жая дёс­ны, ка­жет­ся, до са­мых уш­ных ра­ко­вин. Ла­донь, сжи­мав­шая ру­ку ми­нистра, ста­ла стальны­ми тис­ка­ми.

Ге­не­рал ус­лы­шал хруст собствен­ных пальцев.

За е­го спи­ной раз­дал­ся слит­ный вопль. Двое дру­гих «выз­до­ро­вев­ших», свер­кая чёр­ны­ми про­ва­ла­ми та­ких же, как и у Пет­рен­ко, без­дон­ных мас­лин-глаз, синхрон­но, как ма­рио­нет­ки, вых­ва­ти­ли из ру­ка­вов ме­ди­цинские скальпе­ли.

И…

Их дви­же­ния — раз­мы­тые, не­че­ло­ве­чес­ки быстрые — за­мелька­ли пе­ред гла­за­ми…

Ох­ра­на рух­ну­ла, за­ли­вая бе­лый пол крас­ным. Жур­на­лис­ты зак­ри­ча­ли.

Пет­рен­ко, не об­ра­щая вни­ма­ния на стон Во­ро­но­ва, рыв­ком при­тя­нул ми­нистра к се­бе.

Че­люсть сер­жан­та ра­зош­лась неес­тествен­но ши­ро­ко. Из глот­ки, вмес­то я­зы­ка, выстре­ли­ло склиз­кое, чёр­но-крас­ное щу­пальце. О­но зак­ру­чи­ва­лось што­по­ром, пульси­ро­ва­ло в предвку­ше­нии и на­це­ли­лось пря­мо в рас­ши­рен­ные от у­жа­са гла­за Андрея Во­ро­но­ва.

Ка­ме­ры про­дол­жа­ли сни­мать.