КНИГИ КИРИЛЛА ПОТЁМКИНА

7. СПЕ­ЦИА­ЛИ­ЗА­ЦИЯ

Я про­чис­тил гор­ло, всё е­щё о­щу­щая фан­том­ное сжа­тие в лёг­ких. Э­то не глюк и не ил­лю­зия. Э­то бес­компро­миссный ры­чаг, ко­то­рым +Анг уп­рав­лял моим те­лом, и я дол­жен от­нес­тись к э­то­му с той же праг­ма­тич­ной серьёз­ностью, с ка­кой от­но­сил­ся бы к вне­зап­но­му отклю­че­нию о­пе­ра­то­ром кри­ти­чес­ки важ­но­го кла­па­на, ес­ли бы сам яв­лял­ся ме­ха­низ­мом.

— Сер­гей Дмит­риев, — на­чал я, ста­раясь го­во­рить ров­но, как на бри­фин­ге. — Он… пи­лот. Я внут­рен­не сжал­ся, но спаз­ма не пос­ле­до­ва­ло. Зна­чит, я ска­зал прав­ду. И­ли часть прав­ды, ко­то­рую мой «функцио­нальный био­мо­дуль» не ус­пел за­быть.

— Пи­лот че­го? — В го­ло­се +Ан­га-Сла­ви­ка пос­лы­ша­лись нот­ки не­тер­пе­ния, он слов­но под­го­нял ме­ня. — Конкре­ти­ка, Сер­гей!

— Я пи­лот… спе­циально­го наз­на­че­ния. Кос­мо­навт, про­шед­ший под­го­тов­ку в Звёздном го­род­ке, Рос­сия. Ос­нов­ная спе­циа­ли­за­ция: сбли­же­ние и зах­ват неисправ­ных и­ли неуп­рав­ляе­мых объек­тов на ор­би­те. Вто­рая спе­циа­ли­за­ция: внеш­ние ра­бо­ты вы­со­кой слож­нос­ти.

Мой мозг нео­жи­дан­но без за­пин­ки на­чал вы­да­вать фак­ты, как тех­ни­чес­кий от­чёт: да­ты, циф­ры, коор­ди­на­ты. Э­то бы­ло хо­лод­ное зна­ние, ли­шён­ное вся­чес­кой э­мо­цио­нальной при­вя­зан­нос­ти. Я вспом­нил, что на тре­ни­ров­ках мои по­ка­за­те­ли у­дер­жи­ва­лись в верхних пя­ти про­цен­тах по все­му кур­су. Я вспом­нил, как пах­ло в центри­фу­ге. Но я не мог предста­вить ли­ца своей ма­те­ри и­ли пер­во­го по­це­луя с лю­би­мой де­вуш­кой.

Кста­ти, а как её зва­ли?..

Моё сердце на мгно­ве­ние заш­лось болью… от тос­ки? И­ли от остро­го, как брит­ва, от­го­лос­ка нав­сег­да ут­ра­чен­но­го счастья?..

Я по­мо­тал го­ло­вой и по­мор­щил­ся.

— По­че­му ты в кос­мо­се? — прер­вал мои ли­ри­чес­кие раз­мыш­ле­ния неу­мо­ли­мый +Анг.

— Мис­сия… «Ков­чег-3». Мы должны бы­ли… Я зап­нул­ся. В э­том мес­те па­мять пре­ры­ва­лась. Не пус­тым про­ва­лом, а слов­но гру­бой зап­лат­кой на чис­том по­лот­не. Я от­чёт­ли­во знал наз­ва­ние мис­сии, но ни­как не мог вспом­нить её цель.

— Про­дол­жай, Сер­гей, — при­ка­зал +Анг.

— Мы должны бы­ли… дос­та­вить и­ли при­нять груз на МКС. Нет. Не МКС. Объект. Объект, ко­то­рый нуж­дал­ся в зах­ва­те и… дос­тав­ке.

Я по­пы­тал­ся вы­та­щить из па­мя­ти фор­му э­то­го Объек­та, но по­чувство­вал ре­жу­щую боль в вис­ках. Про­мелькну­ло ка­кое-то смут­ное вос­по­ми­на­ние о чём-то не­ви­ди­мом, зас­ло­нив­шем звёз­ды. Э­то бы­ла не боль от лжи, а ско­рее боль от соп­ро­тив­ле­ния. Соп­ро­тив­ле­ния Об­ну­ле­нию.

Сла­вик Ко­ма­ров мол­ча наб­лю­дал. Си­няя ли­ния на по­лу о­ко­ло е­го ног ос­та­ва­лась спо­кой­ной.

— Ска­жи мне, что ты знаешь о том, кто спла­ни­ро­вал э­ту мис­сию, — мяг­ко, но нас­той­чи­во про­дол­жил +Анг.

— Я знаю, что э­то был Проект «Внед­ре­ние». Проект ку­ри­ро­вал­ся… чи­нов­ни­ка­ми Рос­кос­мо­са и… воен­ны­ми. Выс­шее ко­ман­до­ва­ние. Ис­пользо­ва­ли ста­рые, заб­ро­шен­ные мо­ду­ли, что­бы скрыть…

— Скрыть что? — +Анг нак­ло­нил­ся е­щё бли­же. Я по­чувство­вал смрад­ное ды­ха­ние, ко­то­ро­го не должно бы­ло быть, ведь мертве­цы не у­меют ды­шать.

— Скрыть кон­такт, — вы­да­вил я. — Пер­вый кон­такт. Э­то бы­ло не Об­ну­ле­ние лич­нос­ти. Э­то был Про­кол. Да, и­мен­но так, проект «Про­кол». Мы… зна­ли, что вы су­ществуе­те. И наш э­ки­паж… — я у­ка­зал на ра­нец, где по-преж­не­му ми­га­ла лам­поч­ка свя­зи, — ..пре­дал ме­ня. О­ни под­го­то­ви­ли ме­ня для вас. Я на­ко­нец по­нял, по­че­му я — «пи­лот спе­циально­го наз­на­че­ния». Ме­ня на­ме­рен­но го­то­ви­ли для ра­бо­ты на и­ноп­ла­нет­ном ко­раб­ле — дос­та­точ­но зна­ний, но ми­ни­мум э­мо­цио­нально­го бал­лас­та.

— Ты лжёшь, — быстро произ­нёс Сла­вик. — Час­тич­ная ложь.

Рез­кий тол­чок про­шёл по моим ру­кам, буд­то ме­ня у­да­ри­ло то­ком.

Я вскрик­нул, но су­мел у­дер­жаться.

— Я не лгу! — Я ды­шал тя­же­ло. — Я го­во­рю то, что знаю!

— Ты лжёшь в ин­терпре­та­ции. Твой э­ки­паж не «пре­дал» те­бя. Твой э­ки­паж вы­пол­нил при­каз. Твой при­каз. Ты ведь ко­ман­дир э­ки­па­жа! При­каз, раз­ра­бо­тан­ный то­бой же, Сер­гей Дмит­риев, на слу­чай зах­ва­та и­ли ги­бе­ли. Ты сам под­пи­сал се­бе Об­ну­ле­ние.

В э­тот мо­мент в моей го­ло­ве, по­верх всей тех­ни­чес­кой ин­фор­ма­ции, воз­ник­ло и­мя. Я не мог вспом­нить е­го об­ла­да­те­ля, но знал е­го зна­че­ние.

— Про­фес­сор Зай­цев, — про­шеп­тал я. — Э­то е­го под­пись на… Про­ко­ле.

Сла­вик у­дов­лет­во­рён­но кив­нул, и си­няя ли­ния слег­ка поб­лек­ла.

— Мо­ло­дец, Сер­гей. Ты на­чи­наешь вспо­ми­нать. Твоё доз­на­ние бу­дет спра­вед­ли­вым, ес­ли ты и дальше про­дол­жишь так же сот­руд­ни­чать. Те­перь ска­жи мне: по­че­му ты дол­жен сви­де­тельство­вать пе­ред Су­дом Не­че­ло­ве­чес­ким?

— Я не знаю, — я по­жал пле­ча­ми. Э­то­го до ме­ня точ­но не до­во­ди­ли.

«Но я дол­жен сви­де­тельство­вать, э­то необ­хо­ди­мо для отсроч­ки? Из­бав­ле­ния? Мо­жет быть… отсро­чить ги­бель! Е­динствен­ный вы­ход…»

Э­ти мыс­ли мол­ния­ми мелькну­ли в моей го­ло­ве и ис­чез­ли. Раство­ри­лись бесслед­но на глад­ком по­лот­не восприя­тия.

— Не знаешь? — Го­лог­рам­ма Сла­ви­ка +Ан­га сде­ла­ла шаг на­зад, и си­няя ли­ния на по­лу вспых­ну­ла, слов­но пре­дуп­реж­дая о кри­ти­чес­ком нап­ря­же­нии. — О­пас­ная ложь, Сер­гей. Э­то зна­ние — клю­че­вое. Твоя па­мять, твой функцио­нальный мо­дуль дол­жен со­дер­жать э­тот от­вет.

Я по­чувство­вал, как сжи­мают­ся лёг­кие. Не рез­ко, как в пер­вый раз, а мед­лен­но, у­ду­шаю­ще. Диаф­раг­ма тьмы сдви­га­лась по мил­ли­мет­ру… Нам­но­го ху­же и му­чи­тельнее.

Мой мозг, мой био­мо­дуль ли­хо­ра­доч­но ис­кал и не на­хо­дил от­вет.

По­че­му я дол­жен сви­де­тельство­вать? Я не пом­нил. Я знал, как на­зы­вал­ся файл с моей пол­ной ав­то­биог­ра­фией — «СДВ Фон Лич­ность_арх», но не е­го со­дер­жа­ние.

— Я го­во­рю прав­ду, — хри­пел я, пы­таясь рассла­бить груд­ную клет­ку. — Цель мис­сии «Ков­чег-3» бы­ла… дос­тать Объект! Моё Об­ну­ле­ние — э­то Про­кол Про­то­ко­ла для транспор­ти­ров­ки. Но по­че­му Суд?

Боль от­пус­ти­ла. +Анг ждал, буд­то за­не­ся по­чер­нев­ший кон­чик пальца над кноп­кой отклю­че­ния мое­го кри­ти­чес­ко­го кла­па­на. Он не выг­ля­дел зло­рад­ным и­ли предвку­шаю­щим по­бе­ду — он ка­зал­ся ску­чаю­ще-о­жи­даю­щим, буд­то стоял в о­че­ре­ди за хле­бом. Он хо­тел ус­лы­шать от­вет, а не наб­лю­дать мою му­ку.

— Суд… — Я сфо­ку­си­ро­вал­ся на э­том сло­ве. О­но нес­ло в се­бе мно­го­тон­ную тя­жесть чувства ви­ны, ко­то­рое не при­над­ле­жа­ло мне. — Суд Не­че­ло­ве­чес­кий… Он ка­сает­ся Тэр­ры. Ко­лы­бе­ли.

— Бли­же, Сер­гей, — про­шеп­тал +Анг, и е­го го­лос вер­нул нот­ки Сла­ви­ка, слов­но он под­бад­ри­вал ста­ро­го дру­га. Ес­ли бы он сей­час по-прия­тельски пох­ло­пал ме­ня по пле­чу, я бы не у­ди­вил­ся.

— Ан­ги… вы — +Аз­ве­ли?

Го­лог­рам­ма мое­го со­бе­сед­ни­ка дрог­ну­ла. Си­няя ли­ния у е­го отвра­ти­тельных ног прев­ра­ти­лась в рябь.

— Сме­на те­мы? Не­ло­гич­ный ска­чок, Сер­гей.

— Нет, ло­гич­ный! — Я по­чувство­вал, как ка­кая-то за­пер­тая внут­ри моей го­ло­вы ин­фор­ма­ция рвёт­ся на­ру­жу, подкреп­лён­ная зна­нием, ко­то­рое я только что восста­но­вил. — Про­фес­сор Зай­цев знал о двух +Ан­гах. О­дин на МКС, +Аз­вель. Вто­рой… на «Объек­те»…

Я дол­жен был сви­де­тельство­вать о При­чи­не Зах­ва­та Объек­та. Э­то то, че­го +Ан­ги не хо­тят, что­бы ста­ло из­вестно.

Сла­вик +Анг за­мер. Е­го го­ло­ва, лы­сая и блес­тя­щая, на­ча­ла пульси­ро­вать мо­лоч­но-бе­лым све­том.

— Твоя па­мять восста­нов­ле­на не­кор­ректно. +Аз­вель — э­то и­мя, не ста­тус. Объект — э­то не «что», а ско­рее «кто». И ты сви­де­тельство­вать дол­жен о Не­сос­тоя­тельнос­ти Цик­ла.

— Не­сос­тоя­тельность Цик­ла? — Я пов­то­рил длин­ную фра­зу.

В моём моз­гу о­на вспых­ну­ла яр­ко-крас­ным цве­том, как сек­рет­ный па­роль к скры­то­му фай­лу.

Вне­зап­но ме­ня о­се­ни­ло: — Цикл пе­ре­рож­де­ния Ко­лы­бе­ли? Взаи­моистреб­ле­ние лю­дей?

На э­тот раз си­няя ли­ния не вспых­ну­ла. О­на ис­чез­ла.

Весь мо­дуль пог­ру­зил­ся в по­лум­рак. Свет стал тусклым и се­рым, как в пас­мур­ный день. Сла­вик +Анг больше не о­тоб­ра­жал­ся пе­ре­до мной. Он на­хо­дил­ся пов­сю­ду, е­го го­лос зву­чал из каж­дой па­не­ли.

— Ло­ги­чес­кий сбой в по­да­че ин­фор­ма­ции. Ты по­лу­чил от­вет на воп­рос о Су­де че­рез ин­терпре­та­цию не­санкцио­ни­ро­ван­ных дан­ных. Про­дол­жаем Доз­на­ние. Мы не заин­те­ре­со­ва­ны в твоих че­ло­ве­чес­ких э­мо­циях и­ли в Про­ко­ле Зай­це­ва. Мы заин­те­ре­со­ва­ны в до­ка­за­тельстве ви­ны твое­го ви­да.

Вмес­то Сла­ви­ка пос­ре­ди мо­ду­ля воз­ник Куб Све­та, по­доб­ный то­му, пер­во­му, яв­лен­но­му мне в ви­де чу­да. Он не был замкнут, как в прош­лый раз. Сквозь проз­рач­ные гра­ни про­ни­кал свет. Внут­ри ку­ба пла­ва­ла и­деально круг­лая сфе­ра — по­хо­жая на ли­шён­ную ат­мос­фе­ры Зем­лю.

— Ты, Сер­гей Дмит­риев, пи­лот спе­циально­го наз­на­че­ния, ко­ман­дир мис­сии «Ков­чег-3», дол­жен зас­ви­де­тельство­вать: спо­соб­но ли че­ло­ве­чество контро­ли­ро­вать инстру­мен­ты свое­го у­нич­то­же­ния? — Го­лос +Ан­га стал мо­но­тон­ным, как у ма­ши­ны.

— Инстру­мен­ты у­нич­то­же­ния? Вы и­мее­те в ви­ду тер­моя­дер­ный син­тез?

— Мы и­меем в ви­ду зна­ние, Сер­гей. Зна­ние, ко­то­рое вы пы­та­лись скрыть на Объек­те. Зна­ние, ко­то­рое де­лает вас уг­ро­зой для са­мой Тэр­ры. Твоё сви­де­тельство оп­ре­де­лит, бу­дет ли за­пу­щен но­вый Цикл. От­веть: Спо­соб­но ли че­ло­ве­чество вы­жить без внеш­не­го контро­ля?